Гонконг в госбезопасности: как новый закон может поменять жизнь местных жителей, экспатов и бизнеса

Подробный разбор от специалиста по законодательству КНР Павла Бажанова

30 июня 2020 года Постоянный комитет Всекитайского собрания народных представителей КНР (ПК ВСНП), высшего законодательного органа Китая, принял закон КНР "Об обеспечении государственной безопасности в САР Гонконг" (中华人民共和国香港特别行政区维护国家安全法). В спецвыпуске ChinaDigest специалист по законодательству Китая и Гонконга Павел Бажанов подробно объясняет что это за закон, что он значит для жителей автономии и для проживающих в Гонконге иностранцев.

Подписаться ✉️

Закон существенно меняет правовую систему Гонконга:

— создает новую систему госорганов для защиты безопасности;
— вводит несколько новых преступлений (сепаратизм, подрыв государственной власти, терроризм, сговор с иностранными лицами для причинения вреда госбезопасности КНР) и определяет ответственность за их совершение;
— вводит специальные правила расследования и судопроизводства по уголовным делам, имеющим отношение к госбезопасности;
— допускает передачу подозреваемых в материковую часть КНР для суда, что фактически перечеркивает результат прошлогодних протестов — отказ правительства Гонконга от законопроекта об экстрадиции.

Вводимые законом правила меняют границы тех вопросов, которые в соответствии с Основным законом специального административного района (САР) находятся в исключительном ведении самой автономии. При этом КНР руководствуется своей конституцией, согласно которой правовой режим автономии Пекин вправе определять самостоятельно.

С правовой точки важнее всего в новом законе — его иммунитет от судебного толкования в Гонконге и приоритет перед всем остальным гонконгским правом. В отличие от других юрисдикций, в которых судебное толкование позволяет избавить законы от норм, противоречащих конституции, гонконгские суды будут вынуждены следовать новому закону без возможности поставить под сомнение его положения. Кроме того, местный парламент (Законодательный совет) не может изменить или адаптировать закон.

Может показаться, что раз закон "защищает государственную безопасность", то его пункты угрожают лишь тем, кто участвует в политической и общественной жизни города. Однако сам факт принятия означает, что теперь Пекин при необходимости будет напрямую вмешиваться в любые дела Гонконга. Это создает риски для любой деятельности в Гонконге, в том числе и никак не связанной с политикой — например, для работающего в автономии бизнеса или компаний, котирующихся на местной фондовой бирже.

Правовой статус Гонконга

С 1 июля 1997 года Гонконг — специальный административный район КНР, созданный на основании ст. 31 Конституции КНР и в соответствии с Совместной декларацией правительств Великобритании и КНР 1984 года. Условия Совместной декларации были перенесены в Основной закон САР Гонконг, принятый ВСНП в 1990 году — в "период ожидания" между определением условий передачи территории и фактическим переходом власти над Гонконгом. Основной закон сейчас — гонконгская "мини-конституция", по которой формируются местные органы власти, обеспечиваются основные права и свободы жителей, строится отношения с центральным правительством в Пекине.

В соответствии с Основным законом, САР Гонконг — "неотъемлемая часть КНР" (ст. 1), которая наделена ВСНП правом "осуществлять широкую автономию и пользоваться исполнительной, законодательной и независимой судебной властью" (ст. 2). "Социалистическая система и политика" не должны применяться в Гонконге, а "прежняя капиталистическая система и образ жизни" должны сохраняться в течение 50 лет после передачи территории (ст. 5).

"Широкая автономия" и "прежний образ жизни" позволяют сохранять в Гонконге прежние законодательство и собственную правовую систему, гражданские и политические права и свободы, собственную систему органов власти, включая независимые суды с правом вынесения окончательного решения. В отличие от КНР на территории Гонконга действует Международный пакт о гражданских и политических правах (инкорпорирован в местное законодательство в качестве ордонанса "О гонконгском билле о правах"), предусматривающий защиту базовых прав и свобод. Правовая система Гонконга по-прежнему основана на английском праве и следует традициям системы общего права. Иностранные граждане могут быть судьями в Гонконге, а суды — использовать прецеденты других юрисдикций общего права (США, Канада, Австралия, Англия и Уэльс).

В ведении КНР находятся только вопросы гособороны Гонконга (для этого в САР размещен гарнизон Народно-освободительной Армии Китая) и внешних дел, но в некоторых случаях Гонконг может сам участвовать в международных организациях и заключать международные договоры. Все остальные дела остаются в ведении автономии (ст. 13-14).

Вместе с тем КНР держит "ключ от города". Во-первых, статус специальных административных районов (Гонконг и Макао) определяется ВСНП (ст. 31 Конституции КНР). ВСНП также вправе "совершенствовать" правовой режим САР.

Основной закон САР Гонконг не находится на одном уровне с Конституцией КНР: в китайской иерархии нормативно-правовых актов он находится на одном уровне с другими "основными законами" (基本法律) (ст. 62 Конституции КНР и ст. 7 Закона КНР "О правотворчестве"). "Основной закон" в Китае — обыкновенный закон, который может принять ВСНП. Например, к таким же относятся законы о формировании госорганов, об уголовном и гражданском праве.

По общему правилу ПК ВСНП вправе вносить изменения в "основные законы", если изменения не противоречат их основным принципам. Изменения требует одобрения квалифицированного большинства депутатов, представляющих САР Гонконг в ВСНП, депутатов местного Законодательного совета и исполнительного секретаря. Однако ст. 31 Конституции КНР не запрещает менять правовой режим, принимая другие законы и не меняя "мини-конституцию".

Во-вторых, право толкования Основного закона САР Гонконг принадлежит ПК ВСНП (ст. 158 Основного закона САР Гонконг). Судебное толкование гонконгской "мини-конституции" ограничено вопросами, которые находятся в ведении автономии; перед вынесением решения по другим вопросам суд обязан запросить мнение ПК ВСНП. Это правило сужает возможности судебного толкования конституционных актов. Кроме того, разъяснения ПК ВСНП, как правило, расширяют содержание норм и порой существенно преобразуют их: например, в 2016-м ПК ВСНП при толковании ст. 104 Основного закона САР Гонконг (требует принесения клятвы соблюдения Основного закона САР Гонконг и верности САР Гонконг при вступлении в должность) пришел к выводу, что данная клятва является обязательным предварительным условием для участия в любых выборах.

В-третьих, у КНР есть право вводить на территории Гонконга в действие общенациональные законы, принятые в КНР (ст. 18 Основного закона). ПК ВСНП вправе после консультаций с комитетом по Основному закону и правительством включить любой закон в Приложение № 3 "мини-конституции". Но все общенациональные законы, включенные в Приложение № 3, должны относиться к вопросам обороны и внешних дел.

Как видно, КНР обладает правом последнего слова в отношении Гонконга: если САР в нынешнем виде перестанет устраивать Пекин, то он может совершенствовать режим и даже ликвидировать автономию, превратив Гонконг в обычную китайскую территорию. С точки зрения КНР это вполне законно: хотя досрочная ликвидация особого режима может противоречить Совместной декларации 1984 года, КНР уже не считает её обязывающим документом.

Государственная безопасность в Гонконге

Основной закон САР Гонконг содержит нетипичную для конституций статью (ст. 23). По ней Гонконг обязуется принять закон, запрещающий госизмену, сепаратизм, подстрекательство к мятежу, подрыв государственной власти правительства КНР, кражу гостайны. Он также запрещает иностранным организациям вести политическую деятельность в Гонконге или сотрудничать с местными политическими организациями. Неспособность Гонконга выполнять эти обязанности чаще всего называют основной причиной того, что Пекин принимает новый закон в обход гонконгского парламента.

Попытки принять закон о госбезопасности действительно негативно воспринимались в Гонконге. Первая попытка изменить законодательство еще до передачи территории (в 1996 году) была заблокирована в местном парламенте, который контролировался демократическим силами. После перехода власти к КНР и введения новой системы выборов в местный парламент, обеспечивающей лояльное большинство Пекину, право вето получила улица: законопроект о госбезопасности, предложенный в 2003-м, стал причиной массовых протестов. В результате проект отозвали и больше никогда не вносили в Законодательный совет.

Даже принятый в КНР собственный закон о госбезопасности вызвал беспокойство в Гонконге. Этот закон, принятый 1 июля 2015-го, возложил обязанность по защите суверенитета, единства и территориальной целостности КНР на всех граждан, включая "соотечественников из Гонконга, Макао и Тайваня" (ст. 11). Тем не менее, правительство САР заверило, что данный закон не будет применяться на территории региона, поскольку защита госбезопасности в Гонконге должна быть обеспечена местным законом.

Уже о нынешнем Законе о госбезопасности начали говорить в ноябре 2019 года после наиболее жестких беспорядков в Гонконге, когда протестующие захватили территории вузов, блокировали крупнейшие магистрали города, а оппозиция разгромила проправительственные партии на местных выборах. Поражение лояльных власти партий на местных выборах стало сюрпризом для Пекина: оказалось, что жители Гонконга винят в беспорядках не оппозицию, а власть. В сентябре 2020-го должны пройти выборы в гонконгский парламент, на которых оппозиция теоретически может получить большинство, а вместе с ним и реальную власть в автономии. Поэтому центральные власти решили "обезопасить" политический режим в Гонконге, создать систему защиты на случай, если оппозиция все же выиграет.

Пекин принял закон о госбезопасности в обход гонконгского парламента. Его обсуждение в местном парламенте точно привело бы к новой волне протестов и недовольству оппозиции. Так, с октября 2019-го по май 2020-го гонконгский парламент не принял ни одного нового закона — оппозиция успешно блокировала работу комитета палаты, решение которого необходимо для представления законопроектов во втором чтении.

В мае на очередной сессии ВСНП принял решение "О создании и совершенствовании правового режима и механизма применения для обеспечения государственной безопасности в САР Гонконг" (全国人民代表大会关于建立健全香港特别行政区维护国家安全的法律制度和执行机制的决定). Так ВСНП впервые определило, что закон вступит в силу путем опубликования.

В конце июня ПК ВСНП принял закон, а также решение "О расширении перечня общенациональных законов в Приложении №3 к Основному закону САР Гонконг", в соответствии с которым действие закона было распространено на территорию Гонконга. Новый закон в тот же день опубликовали в гонконгском правительственном бюллетене, и он вступил в силу.

Закон приняли не без скандала: полный его текст оставался в тайне вплоть до публикации. Вопреки сложившейся практике консультаций и публикации законов на двух языках (китайском и английском) новый закон был опубликован только на китайском языке 30 июня в 23:00 и вступил в силу в тот же момент — за час до 23-й годовщины перехода Гонконга под власть КНР. Официальный перевод закона на английский язык власти опубликовали только на третий день после вступления в силу. И хотя Гонконг официально является двуязычным, китайский текст закона обладает приоритетом над английским.

Основные принципы и обязанности Гонконга

В соответствии со ст. 3 закона о госбезопасности, центральное народное правительство КНР несет "коренную ответственность (根本责任) в делах государственной безопасности, имеющих отношение к САР Гонконг". А САР Гонконг — "конституционную обязанность (宪制责任) по обеспечению государственной безопасности". Это положение закона интересно по двум причинам.

Во-первых, закон впервые относит вопросы госбезопасности в Гонконге к ведению КНР. Во-вторых, закон возлагает на центральные органы власти "коренную ответственность", которую ставит выше "конституционной". Кроме того, эта статья требует от исполнительной, законодательной и судебной органов власти Гонконга "эффективно противодействовать, пресекать и наказывать действия и деятельность, причиняющие вред государственной безопасности". Такое предписание противоречит ст. 85 Основного закона, по которой суды обязаны действовать независимо, без внешнего вмешательства.

Новый закон декларирует необходимость соблюдения прав человека, предусмотренных Основным законом и положениями Международных пактов о гражданских и политических правах и об экономических, социальных и культурных правах (ст. 4). Но при условии, что правовое положение Гонконга в составе КНР не подвергается сомнению. Иначе реализация таких прав и свобод не подлежит правовой охране.

Раздел закона, посвященный обязанностям Гонконга по обеспечению госбезопасности (§1 главы II), содержит все страхи и опасения гонконгской оппозиции. Во-первых, власти Гонконга обязаны принять местный закон о госбезопасности на основании ст. 23 Основного закона. Во-вторых, Гонконг обязан вести "обучение государственной безопасности" в учебных заведениях, с участием общественных организаций, СМИ, интернета и др. для повышения "сознательности" жителей города (ст. 10). В-третьих, закон требует от города "усилить работу по обеспечению государственной безопасности и противодействию террористической деятельности" и предпринимать необходимые меры в отношении учебных заведений, общественных организаций, СМИ и интернета.

Система защиты государственной безопасности

Новый закон предусматривает создание:

— местной комиссии по обеспечению госбезопасности (国家安全委员会);
— специальных отделов полиции и департамента юстиции;
— специального реестра судей;
— управления по обеспечению госбезопасности в САР Гонконг (驻香港特别行政区维护国家安全公署), подчиненного напрямую КНР.

Комиссия по обеспечению госбезопасности — местный орган власти, состоящий из представителей основных департаментов правительства (юстиции, финансов, безопасности, администрации), а также полиции и таможенного управления. Комиссию возглавляет исполнительным секретарь Гонконга. Пекин направит в комиссию специального советника, который будет давать рекомендации по её работе. Данный орган будет принимать основные решения в сфере госбезопасности, но его работа будет засекречена, а её решения — не подлежат обжалованию в суде.

Для борьбы с преступлениями против госбезопасности новый закон совершенствует систему организации местных органов власти. В управлении полиции создадут спецотдел по расследованию преступлений против госбезопасности. Спецотдел может комплектоваться сотрудниками "из-за пределов Гонконга", то есть, из материковой части Китая. В департаменте юстиции (представляет гособвинение в суде) будет также создан спецотдел. Руководители таких отделов будут согласовываться с Пекином.

Рассматривать уголовные дела будут специально назначенные судьи. На всех уровнях судебной системы исполнительный секретарь выберет несколько судей, которым будет доверено рассматривать уголовные дела и выносить приговоры. Новый закон позволяет департаменту юстиции отказаться от суда присяжных при рассмотрении уголовных дел — вопреки Основному закону и сложившейся практике, при которой любой приговор на срок свыше семи лет выносится с участием суда присяжных.

Наконец, в Гонконге будет создано управление по обеспечению госбезопасности — представительство, созданное центральным правительством КНР и укомплектованное сотрудниками министерства госбезопасности КНР (国家安全部). Ведомство будет заниматься анализом и оценкой состояния защиты госбезопасности в Гонконге, вносить рекомендация и предложения, осуществлять контроль и координировать деятельность местных органов (ст. 49).

Деятельность управления не будет регулироваться гонконгскими законами: при выполнении служебных обязанностей представители управления не подлежат проверке, обыску и аресту. Они также пользуются другими правами и иммунитетами, а любое препятствование их деятельности будет наказуемо.

И самое главное: управление в определенных обстоятельствах может по предложению правительства Гонконга или комиссии по обеспечению госбезопасности и с разрешения Пекина "осуществлять юрисдикцию" в делах о преступлениях против госбезопасности (ст. 55). В этом случае Управление берет на себя обязанность расследовать преступление, в качестве стороны обвинения выступает прокуратура, выбранная Верховной народной прокуратурой КНР, а производство по делу осуществляет суд, выбранный Верховным народным судом КНР. При производстве по делу будут использоваться нормы, предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом КНР.

Хотя в тексте Закона о госбезопасности прямо не говорится об "экстрадиции" или "высылке на материк", речь все же идет именно о передаче обвиняемых в КНР для рассмотрения дела, вынесения приговора и даже исполнения наказания (ст. 57). Следовательно, управление в случае невозможности или серьезных сложностей с проведением разбирательства на территории Гонконга может взять на себя функции органов выявления и расследования преступлений (вместо спецотдела гонконгской полиции) и обеспечить "доставку" подозреваемых в КНР для проведения суда на материке. Управление таким образом играет роль "резервной копии" на случай сбоя в местной системе органов Гонконга, ответственных за обеспечение госбезопасности.

Преступления против государственной безопасности

Новый Закон о госбезопасности вводит несколько составов преступлений, разделенных на четыре категории:

  1. сепаратизм;

  2. подрыв государственной власти;

  3. террористическая деятельность;

  4. сговор с иностранными государствами или силами для совершения преступлений против госбезопасности.

Перечень преступлений в новом законе не совпадает с указанным в ст. 23 Основного закона САР Гонконг. Например, новый закон не содержит ни слова о госизмене и подстрекательстве к мятежу: отсутствие этих преступлений связано с тем, что они де-юре уже есть в законодательстве Гонконга.

К сепаратизму закон относит деяния, направленные на:

— отделение Гонконга или любой другой части страны от КНР;
— незаконное изменение правового положения Гонконга или любой другой части страны;
— передачу Гонконга или любой другой части страны под контроль иностранного государства.

Данные действия уголовно наказуемы вне зависимости от того, совершены ли они с оружием или без. Поэтому даже публичное одобрение лозунгов об отделении Гонконга без оружия или угрозы его применения тоже могут квалифицироваться преступлением. Формулировка "любой другой части страны" означает, что вместе с гонконгским сепаратизмом в Гонконге уголовная ответственность вводится и за одобрение независимости Тайваня или отделения от КНР любого другого региона.

По закону организация сепаратистской деятельности и совершение преступления с отягчающими обстоятельствами может наказываться пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок от 10 лет, активное соучастие — от 3 до 10 лет, простое соучастие — до 3 лет, арестом, временным заключением в исправительном учреждении или общественными работами (в оригинальном тексте закона указаны китайские термины "краткосрочный арест" и "надзор", которые не существуют в гонконгском уголовном праве). Подстрекательство, пособничество, провоцирование и оказание содействия в сепаратизме может наказываться лишением свободы на срок от 5 и при наличии отягчающих обстоятельств — до 10 лет.

Подрыв государственной власти — свержение государственной власти, центральных и местных органов власти, а также вмешательство в исполнение обязанностей органами государственной власти КНР и Гонконга и нападение на места размещения данных органов власти, а также подстрекательство к совершению данного преступления наказываются одинаково с сепаратизмом. Единственное отличие: подрыв государственной власти может быть осуществлен только с применением оружия, угрозой его применения и при помощи "других незаконных средств".

Международный терроризм в Гонконге достаточно давно является уголовным преступлением в соответствии с местным законодательством (Cap. 575 United Nations (Anti-Terrorism Measures) Ordinance), поэтому в Законе о госбезопасности речь идет о защите от так называемого "домашнего терроризма".

К терроризму закон относит совершение насильственных действий в отношении граждан, подрыв и поджог, использование токсичных, радиоактивных веществ и болезнетворных организмов, причинение вреда общественному транспорту и инфраструктуре, системам подачи электричества, газа, вмешательство в системы электронного контроля оказания коммунальных услуг (водоснабжение, электроэнергетика, газ, транспорт, связь, интернет), а также причинение вреда здоровью и безопасности населения другими способами; при условии, что эти действия, угроза их реализации или планирование: а) создают или могут создать общественно опасные последствия; и б) направлены на принуждение правительства КНР, правительства САР Гонконг, международных организаций или запугивание общества для реализации политических требований.

Фактически новый закон относит к терроризму крайне широкий перечень действий: практически все, что можно было наблюдать на прошлогодних протестах, с появлением нового закона становится терроризмом. Наказание за терроризм может составлять пожизненное заключение или лишение свободы на срок от 10 лет (в случае тяжкого причинения вреда здоровью, смерти человека или существенного вреда имуществу) или при иных обстоятельствах — от 3 до 10 лет.

Организация или руководство террористической деятельностью будет наказываться пожизненным заключением или лишением свободы на срок от 10 лет, а также конфискацией имущества; активное участие — от 3 до 10 лет, а также штрафом; остальное соучастие — до 3 лет, арестом, временным заключением в исправительном учреждении либо общественными работами или штрафом. Кроме того, закон вводит уголовную ответственность за "пропаганду терроризма" и "содействие терроризму" — лишение свободы до 10 лет.

Наконец, последний раздел посвящен "иностранным агентам": в случае кражи гостайны, сговора с иностранными государственными органами, организациями или лицами для совершения преступлений против госбезопасности виновные лица (в том числе иностранные) наказываются пожизненным лишением свободы; при наличии отягчающих обстоятельств — от 10 лет; при обычных обстоятельствах — от 3 до 10 лет.

Сговор с иностранцами считается преступлением, если он осуществляется для:

— развязывания войны с КНР, причинения вреда суверенитету, единству и территориальной целостности КНР с использованием оружия или угрозой его применения;
— вмешательства в принятие и применение законов САР Гонконг и КНР;
— манипуляции и нарушения процедуры проведения выборов в САР Гонконг;
— применения санкций, блокады и других враждебных действий в отношении САР Гонконг или КНР;
— провоцирования ненависти к центральному народному правительству или правительству САР Гонконг среди жителей автономии.

Два преступления из перечня, указанного в ст. 23 Основного закона — государственная измена и подстрекательство к мятежу — не предусмотрены новым законом о госбезопасности. Де-юре они существуют в законодательстве Гонконга: хоть и по букве действующего в Гонконге ордонанса "О преступлениях" (Cap. 200) государственной изменой по-прежнему считается причинение вреда жизни и здоровью "Её Величеству", а подстрекательству к мятежу — "распространение ненависти к личности Её Величества, её наследников, правительства Гонконга или правительства любой иной части доминионов Её Величества или любой территории под её защитой", по правилам интерпретации прежних законов (ордонанс "О толковании и применении общих норм") с 1 июля 1997 г. "Её Величество" в зависимости от контекста может означать или правительство САР Гонконг, или правительство КНР. Фактически же нормы о госизмене и подстрекательстве к мятежу перестали применяться еще в послевоенное время (1950-е XX века). Поэтому новый китайский закон не освобождает Гонконг от принятия местного закона о госбезопасности, которым данные нормы могут быть обновлены и возвращены в жизнь.

Действие нового закона распространяется на всех резидентов Гонконга (и все созданные в автономии организации) вне зависимости от места совершения преступления. Иностранные граждане без права на постоянное проживание в Гонконге тоже могут привлекаться к ответственности за совершение преступлений за пределами Гонконга, если их деяния "направлены на Гонконг". Правда, обратной силы закон не имеет: это слишком открыто противоречило бы Основному закону и Международному пакту о гражданских и политических правах, поэтому наказанию подлежат только те деяния, которые были совершены после вступления закона в силу.

В случае совершения в Гонконге любого преступления иностранцем, который не имеет права постоянного проживания, он может быть выдворен за пределы Гонконга. Данное наказание может быть как основным (вместо другого), так и дополнительным (например, применяться после лишения свободы). Иностранца могут выдворить за нарушение закона о госбезопасности, если преступление не предусматривает уголовной ответственности (например, если Департамент юстиции отказывается от привлечения к ответственности).

Любопытно, что закон использует для "выдворения" китайский термин (驱逐出境), предусматривающий в КНР запрет на повторный въезд в течение 10 лет (ст. 81 Закона КНР "Об управлении въездом и выездом"). Данный термин не имеет аналога в Гонконге: наиболее близким является распоряжение о депортации (遞解離境令), которое может быть вынесено в отношении иностранца, совершившего преступление в Гонконге (средней тяжести или тяжкое преступление), с запретом на пребывание в Гонконге в течение определенного времени или без ограничения срока (ст. 20 ордонанса "Об иммиграции"). Составители закона не поясняют, будет ли "выдворение" по Закону о госбезопасности эквивалентно "распоряжению о депортации" или оно будет использоваться в качестве нового вида уголовного наказания в Гонконге.

Особенности уголовного процесса

Правила расследования и рассмотрения уголовных дел в Гонконге основаны на английском праве. Новый закон "реформирует" эту систему и упростит разбирательство по преступлениям против госбезопасности в интересах обвинения.

Во-первых, новый закон расширяет полномочия полиции при расследовании преступлений против госбезопасности. Например, спецотдел полиции получает право требовать сведения от иностранных организаций, а также "прослушивать средства связи или вести секретное наблюдение за лицами, в отношении которых есть обоснованные подозрения". Более детальные правила, опубликованные 6 июля в качестве инструкции по применению закона, позволяют полиции проводить обыски без ордера суда.

Во-вторых, для подозреваемых и обвиняемых в преступлении против госбезопасности отменяется презумпция освобождения под залог. За исключением случаев, когда у судьи есть "достаточные основания" считать, что данное лицо не будет продолжать действия, причиняющие вред госбезопасности.

В-третьих, закон позволяет рассмотрение уголовных дел без присяжных. Гонконгский уголовный процессе содержит унаследованное из Англии правило, по которому суды магистратов и окружные суды вправе выносить приговоры по уголовным судам без суда присяжных, при этом максимальный приговор суда магистратов составляет до 3 лет лишения свободы, а окружного суда — до 7. Если гособвинение намерено добиться более строгого приговора, то оно может добиться переноса дела в Высокий суд, который не ограничен в применении наказания (может вынести приговор о пожизненном заключении); при этом уголовное дело в Высоком суде будет рассматриваться с участием суда присяжных.

Новый закон разрешает Секретарю юстиции издать предписание о рассмотрении дела без присяжных (составом из трех судей) по соображениям "охраны гостайны, внешних факторов в деле или защиты присяжных и членов их семей".

В-третьих, закон допускает рассмотрение дел в закрытом заседании в связи с вопросами "государственной тайны, общественного порядка и другими обстоятельствами". Публичное оглашение обязательно только для вынесенного приговора.

Кроме того, закон запрещает судам самостоятельно выяснять, затрагивает ли дело вопросы госбезопасности: при возникновении сомнений суд обязан запросить у Исполнительного секретаря подтверждение, которое имеет для суда обязательную силу (ст. 47).

Тем самым принятие нового закона о госбезопасности означает конец Гонконга таким, каким мы его знали. Это понимают и местные жители, которые продолжают протестовать. Это понимают и в бизнес-сообществе: компании планируют диверсифицировать свое присутствие в Азии, некоторые уже переводят штаб-квартиры в Сингапур.

***

Павел Бажанов — юрист, специалист по законодательству КНР. Подписывайтесь на его телеграм-канал @cnlegal, а также сообщества в Facebook и ВКонтакте.

Подписаться ✉️

Подписывайтесь на нас:

ВКонтакте Facebook Instagram Телеграм-канал

National security law: tough new reality for Hong Kong as ...